На главную

Это такое особенное состояние духа.

Когда штырит, а иначе — плющит, таращит или прёт — вибрации тонких тел гопника наилучшим образом настроены на живительные эманации Великого Ништяка. В такие мгновения гопник обыкновенно находится в абсолютном единении со своим высшим "Я", поэтому поведение его может показаться окружающим странным, неадекватным, излишне показным или агрессивным. На деле же он ведёт себя совершенно естественно, поскольку обретает свои корни, отдаётся зову крови и действует в согласии с волей праотцов, совершая восхождение к высшим мирам пацанской системы координат.

Достичь такого состояния можно достаточно быстро, если знать, чем убиваться, и уж тем более, если есть чо убиться. Когда убиться нечем, это голимо. Но всё одно ещё не пиздец: ведь деньги и субстанции можно всегда отжать, отщемить, поднять, отмутить, отработать. Совершив акт добычи средств и удовлетворив свой охотничий инстинкт, пацан отправляется на встречу с прекрасным с чистой совестью и дополнительной парой баллов в карму. Если, конечно, повёл себя на разводе как Пацан: не сконил, не окарал, ровный базар держал, грамотно лоха развёл. Словом, сказал и сделал.

Хороший развод — лучший способ заручиться поддержкой кармических союзников перед инициацией. Плохой развод (если сконил, окарал и так далее) — верное средство вызвать гнев Паханов, которые держат Небо и Землю на кончике мизинца. Уж они-то верно спросят за всю хуйню, если таковая приключится.

Вопроса чем убиться, если есть чо убиться, перед пацаном не стоит. Реальный пацан убивается со знанием дела и всегда как в последний раз — чтоб стыдно не было за потраченный Ништяк и чтоб пацаны на районе если чо вспоминали и могли за тебя потом сказать.

Хороший, здравый кайф — это убиться шмалью (планом, дурью, ганджубасом). Анаша плавно доставляет пацана по назначению и гарантирует фейерверк эмоций и бурю искрометного "ха-ха". Пацан под шмалью испытывает неописуемый экстаз, который выражается в фирменном пацанском гоготочке, что всегда исполняется полуфальцетом — это такой особый босяцкий эстетизм, — всегда громко и воинственно, чтобы привлечь внимание и/или испугать какого-нибудь залетного черта.

— А-ха-ха... ёбана! А-ха-ха, сука!

Совершенно особую статью составляют разнообразные колёса: тазепамы-ноземапы и еще целая линейка препаратов категории "отпускается по рецепту". Закинувшись колёсами, получаешь долгий и незабываемый эффект, попадающий под определение "прёт не по-детски".

Водяра и пивас — это бычий кайф, однако именно эти продукты являются нектаром и амброзией пацанского рациона. Особенно в сочетании с двумя предыдущими субстанциями.

Трава — она ведь не всегда есть, а колёса — вообще манна небесная. А беленькая с жигулём — настоящий бальзам на душу. Пивас — это константа, водяра — доминанта. А если еще обдолбаться и закинуться — так это вообще полный Ништяк.

Любой кайф всегда состоит из нескольких фаз. Самый долгожданный момент — приход: это когда торкает. Если нормально торкнуло — значит всё пучком, значит приход по расходу. За приходом следует, собственно, кайф и Ништяк — это когда штырит, причем чем дольше — тем лучше. Тогда пацан сидит на умняке и внимает игре красок бытия. Ништяк зачастую переходит в груз или думки, и затем наступают отходняки и обломы, когда всё влом и не в кайф. Но бывает, обломы обостряются и рецидивируют, и становится голимо. А бывает — голимо, да не то слово: так голимо, что совсем пиздец.

Тогда меркнет свет и мир погружается во тьму, и пацан ловит танец теней затухающим взором, и под поникшей восьмиклинкой щекочет бритую макушку густой и чёрный ветер, пахнущий войной.

И это ветер Апокалипсиса.